В справочно-правовую систему КонсультантПлюс включено Постановление Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П по делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

СУТЬ ДЕЛА:

Решением Советского районного суда города Челябинска от 7 июня 2017 года исковые требования заявительницы, предъявленные к ООО «Установка +», о расторжении договора купли-продажи, взыскании убытков, неустойки и компенсации морального вреда удовлетворены частично в размере 172 788 руб. 35 коп. Исполнительный лист Г.В.К. выдан 20 июля 2017 года, исполнительное производство возбуждено 17 августа 2017 года. Исполнительное производство включено в состав сводного исполнительного производства в отношении названного общества на общую сумму 464 881 руб. 81 коп., в ходе которого директор ООО «Установка +» заявлял о возможности ежемесячного погашения задолженности.

Однако на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 года № 129-ФЗ ООО «Установка +» 24 мая 2018 года исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, вследствие чего исполнительное производство 13 сентября 2018 года прекращено.

Решением Калининского районного суда города Челябинска от 5 апреля 2019 года Г.В.К. отказано в удовлетворении исковых требований, предъявленных к гражданам К. (директор, бухгалтер и участник ООО «Установка +») и Б. (участник общества) о возложении субсидиарной ответственности по обязательствам прекращенного общества, взыскании задолженности. Основанием отказа явилось непредставление истцом  доказательств, безусловно свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчиков.

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда оставила названное решение без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, оставляя названные решение и определение без изменения, отметила, что истцом не представлено доказательств подтверждения факта инициирования контролирующими лицами вывода из имущественной сферы общества ликвидных активов. Тем самым исключается привлечение их к субсидиарной ответственности (определение от 11 ноября 2019 года).

Судья Верховного Суда Российской Федерации отказал в передаче кассационной жалобы Г.В.К. для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

ПОЗИЦИЯ КС РФ: при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо – потребитель) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Постановление Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки Г.В. Карпук».

Share on vk
Share on email
Share on twitter
Share on linkedin
Share on whatsapp
Пролистать наверх